Вряд ли можно вспомнить более культовый и более известный спорткар, чем "девятьсот одиннадцатый". Он был символом совершенства немецкой инженерии на протяжении многих лет – и, очевидно, останется им и дальше, хотя, весьма возможно, тоже не избежит электрификации в той или иной степени.