Магазин «Автомобили», открытый в середине 1970-х близ Южного речного порта Москвы, был крупнейшим в стране по продаже запчастей. Но что-нибудь толковое там появлялось редко, а если и появлялось, то ненадолго. О ходовых деталях говорили обычно не «купил», а «урвал» или «достал».

Первое значило: произошло чудо, и нечто нужное вдруг выставили на прилавок именно в тот момент, когда автолюбитель к нему подошел. Второе подразумевало, что сработали ценные и неафишируемые связи с магазином, станцией техобслуживания, некой автобазой или таксопарком. Иными словами – блат. Порой таких людей осуждали, но чаще им завидовали.

Магазин «Автомобили» в Москве
Здание магазина «Автомобили» в Южном порту, 2022 год.

В Южном порту годами стоявшие в очереди счастливчики, дождавшиеся своего часа, получали вожделенный новый автомобиль. Впрочем, это событие было хотя и радостным, но все-таки запланированным. А вот приобретение подержанной машины всегда считалось настоящим приключением. И крупнейший, наверное, во всей стране авторынок стихийно организовался как раз напротив главного входа в магазин.

Советский плакат

Базарный день

В выходные дни площадка не вмещала желающих, и автомобилисты, мечтавшие продать или купить машину, оккупировали всю округу.

Чего тут только не было! Помимо более-менее современных «Жигулей», «Москвичей» и «Запорожцев» («Волги» – особенно свежие – на стоянке не задерживались, а чаще на нее просто не попадали, их перехватывали раньше) встречались и древности типа сильно переделанных «Побед» или первых послевоенных «Москвичей», а порой даже редкие, диковинные иномарки. Правда, хорошие экземпляры до площадки опять же обычно не доезжали.

Maserati Sebring у магазина «Автомобили» в Южном порту
Любой экзотический автомобиль собирал толпы любопытных. А тут аж Maserati Sebring! На главном фото-обложке вверху страницы тоже изображен этот автомобиль: обратите внимание на его задние шины.

Помню толпу зевак вокруг непонятно как оказавшегося в Южном порту огромного ЗИС-110. На вопрос о расходе топлива уставший от праздной болтовни владелец тем не менее честно ответил: «Два ведра». 

Занимательная арифметика

Казалось бы – чего проще? Сошлись покупатель с продавцом, поторговались, договорились о цене и совершили сделку. Один уехал на машине, второй ушел с деньгами. Формально примерно так и происходило. Вот только ухоженный автомобиль с пробегом стоил в Союзе обычно дороже нового. И уж точно отдать за хороший подержанный экземпляр надо было больше, чем его оценивало государство.

Скажем, за крепкую, аккуратную «Победу» с агрегатами «Волги» еще в начале 1980-х просили до шести тысяч рублей. Хотя машина с завода до реформы 1961 года стоила 16 тысяч, то есть на «новые» деньги вроде как 1600. За свежую 24-ю «Волгу», практически недоступную простым смертным, в период бурного накопления советских капиталов на рынке охотно давали 20 и даже 25 тысяч при официальном прайсе 9200. Ну а престижная иномарка вроде «Мерседеса» или какого-нибудь «американца» уходила и за 30 тысяч.

Ford Mustang на стоянке у магазина «Автомобили» в Южном порту
Ford Mustang на известной всей стране стоянке у магазина в Южном порту.

Однако государство замечать этого не желало. И законно купить-продать автомобиль можно было только в соответствии с плановыми расценками. Причем базовая стоимость машины для покупателя была одна, а для продавца – другая. Разницу почему-то прозвали «дельтой».

Ценность той самой «Победы» в середине 1970-х официальный эксперт (а без него никак) определял для продавца максимум в 2400 рублей – и это еще без учета износа. А для покупателя – в 3120. Причем бывший владелец с полученной суммы отдавал в казну еще и 7% налога.

Магазин «Автомобили» в Москве
Площадка советского авторынка в наше время превратилась в «китай-город» торговых павильонов с запчастями и аксессуарами.
Торговые павильоны авторынка в Южном порту
Торговые павильоны авторынка в Южном порту

Иномарки оценивали сообразно советским аналогам по специальным таблицам. Например, Mercedes-Benz 250 не мог стоить дороже 9200 рублей – как новая «Волга». В общем, коммерческий мир стихийного рынка от государственного был очень далек. Но, увы, не независим.

Торговля без лица

Можно было, конечно, сдать надоевший автомобиль в одиннадцатую секцию магазина, так называемую «обезличку». Или, как стали говорить позже, «на комиссию». Но цены при таком варианте оказывались невыгодными и для продавцов, и для покупателей. Соответственно, состояние машин оставляло желать лучшего.

Палатка с ретро-запчастями в Южном порту
Фанаты советского автопрома порой до сих пор заглядывают в Южный порт – подыскать нужную ретро-деталь в оставшихся тематических палатках.
Палатка с ретро-запчастями в Южном порту
Палатка с ретро-запчастями в Южном порту

Как ни отговаривал я приятеля, мечтавшего пересесть с «Запорожца» на что-нибудь посолиднее, не покупать в «обезличке» с виду нормальный «Москвич-412», он это сделал. Тормоза и сцепление вытекли по дороге домой, вкладышей хватило недели на две. Сквозная коррозия там, где она только могла (и даже не могла!) появиться, обнаруживалась постепенно – по мере разрушения стеклоткани, которой перед продажей залепили дырки.

Я захаживал на «обезличку» поглазеть на иномарки. Они там тоже встречались, но ни один здравомыслящий человек покупать изъезженные до полусмерти кривые-косые и гнилые «Опели», «Татру» или «Трабант» (видел и такой!), конечно, не собирался.

Товар-деньги-обман

Итак, продавец с покупателем договорились, скажем, на пять тысяч рублей. Теперь надо, чтобы оценщик вписал куда следует сумму как можно ниже. Знакомый специалист – золото! Теневая услуга стоила обычно 25 рублей, ловко опущенных в карман властителя государственных цен. Появлялся документ, что автомобиль, скажем, битый и вообще, например, без колес.

Так цена для продавца падала, допустим, до полутора тысяч, с которых в казну и уходили 7%. Разницу же – около 3600 рублей – должен был из рук в руки отдать покупатель. Прямо как в знаменитой картине Эльдара Рязанова «Берегись автомобиля», где сделка между героями Смоктуновского и Баниониса происходит на живописном морском берегу.

Кадр из фильма «Берегись автомобиля»
Примерно так, как и показывали в фильме «Берегись автомобиля», покупатель передавал продавцу неучтенные государством деньги.

Рисковали при такой схеме обе стороны. Отдашь деньги до оформления, продавец скажет, что передумал и рубли вообще не брал. Отложишь на потом – покупатель заявит, что все уже оплатил через кассу, ведь справка-счет уже у него на руках.

Случалось, бывших владельцев просто выкидывали из машины и уезжали.

В милицию-то потерпевший не пойдет, иначе придется засветить незаконную сделку. Знаю истории, когда даже данные паспорта, которые запомнил вроде бы очень внимательный бедолага, оказывались липовыми.

Внутри магазина «Автомобили» в Южном порту
Раньше в просторном холле магазина «Автомобили» демонстрировали машины, теперь же зал плотно застроен торговыми точками.
Внутри магазина «Автомобили» в Южном порту
Внутри магазина «Автомобили» в Южном порту

Безопасный вроде бы вариант: продать машину знакомому, а в магазин приехать лишь для оформления сделки. Но автомобили, да и друзья, попадались разные. Можно было испортить отношения надолго, а то и навсегда.

Часто и продавцы, и покупатели брали с собой в магазин группы поддержки.

Хотя по справедливости скажу: в те годы криминала, особенно связанного со сделками вокруг обычных автомобилей, все же было совсем немного. А вот при торговле супердорогими иномарками и «Волгами», где разница между государственной и реальной ценами могла превысить десять тысяч рублей, риски логично возрастали.

Магазин «Автомобили» в Москве

Дела портовые

Как говорил автор в «Берегись автомобиля»: «Каждый, имеющий машину, мечтает ее продать, каждый не имеющий – купить». В эпоху позднего социализма и то, и другое превращалось в приключение, иногда – интересное, порой опасное, но чаще все-таки счастливое. Покупатель уезжал на собственных «колесах», продавец – на городском транспорте. Чтобы с завтрашнего дня заняться поисками нового автомобиля… 

Благодарим за предоставленные архивные фотографии журналиста и историка Дениса Орлова.

Галерея: Магазин «Автомобили» в Москве